Спикерская. Маша ВДА. 2 часть.

Спикерская. Маша ВДА. 2 часть.

Тема «Первые три шага».

Раз я произнесла это слово «болезнь», отмечу, что в дальнейшем я буду называть болезнью проявления 14 характерных черт. 14 черт — это моя Ложная Личность. Это та личность, которая сформировалась в дисфункциональной системе, в которой я росла. Я принесла эту Ложную Личность с собой во взрослую жизнь, и довольно много работы было ею совершено. Должна сказать, что на сейчас я понимаю абсолютно точно, что эта Ложная личность позволила мне выжить в той дисфункциональной системе. Все эти черты выживания работали для того, чтобы я могла выжить тогда. Но сейчас все эти вещи просто неэффективны. На данный момент я благодарна программе, потому что я могу от них постепенно избавляться, переходя к более эффективным моделям поведения. Я учусь вырабатывать более здоровое поведение.

Наверное, перейду ко второму шагу: «пришли к убеждению, что сила более могущественная, чем наша собственная, сможет вернуть нам здравомыслие». Когда я пришла в программу, я, конечно, не задумывалась ни о какой силе, более могущественной. И сперва для меня этой силой стали собрания. Это сила, которая возвращала мне здравомыслие. Я приходила на собрания. Я слышала идентификацию. Слышала опыт других людей, читала программную литературу, и что-то начинало вставать в моей голове на свои места. И конечно, помимо собраний, силой более могущественной для меня был спонсор. Потому что спонсор в свою очередь возвращал мне здравомыслие, когда я обращалась к ней за помощью. Второй шаг – про обращение за помощью для меня. Уже я в этом шаге совершаю какое-то действие. И я совершаю действие: например, я прихожу на собрание, я обращаюсь к другим анонимным, я звоню, я пишу —  и через это действительно возвращается здравомыслие, какой-то взгляд на вещи совершенно другой приходит.

Как это работает в связке для меня, первый и второй шаг?

Первый шаг: я отделяю себя от болезни. Мне очень важно посмотреть на свою болезнь и на проявление этой болезни со стороны. И тогда, когда я перестаю быть единым целым со своей болезнью. Со своей Ложной Личностью, я отделяюсь от нее. И между мной и болезнью возникает пространство. И в это пространство может зайти сила более могущественная, чем я. В это пространство может зайти спонсор, могут зайти собрания, могут зайти другие люди, может зайти терапевт. Потому что на первых шагах я пользовалась помощью психотерапевта, и мне это очень помогло.

Здесь мне очень хочется сказать опять про оригинальных текст шагов. У нас это звучит как «может вернуть нам здравомыслие». В английском языке использовано во втором шаге слово «restore». Существительное «restoration» — восстановление. Для меня это очень важно, потому что мне очень понравилось сравнение… Это не мое сравнение, я услышала его у другой анонимной. Она сказала: «Я уникальна, я произведение искусства. И если представить себе, как в музеях реставраторы восстанавливают произведения искусства. Бережно, очень осторожно, по квадратному сантиметру в месяц, условно говоря.  То я тоже самое произведение искусства, которое требует восстановления. Просто восстановления. И восстановить меня может сила, более могущественная, чем я». И она действительно это делает, потому что за 2,5 года в программе я могу сказать, что восстановление действительно происходит, деликатно, но оно происходит. И я вижу плоды этого восстановления и выздоровления.

Переходя к третьему шагу, «Приняли решение перепоручить свою волю и жизнь заботе Бога как мы его понимаем». Когда я пришла в программу, у меня, конечно же, не было никакой концепции Бога. Я человек нерелигиозный абсолютно, в семье это все не культивировалось. Бабушка на какие-то церковные праздники ходила… в какой-то церковный праздник нельзя было делать уборку дома – ну, в общем, какие-то странные были порядки у нас относительно религии. Стояли иконы, не понятно было, что с ними делать, с этими иконами. Зачем они вообще, для чего они нужны – было совершенно не ясно. Какой-то концепции Бога в связи с этим у меня не было, я не знала, для чего обращаться к Богу. Пару раз захаживала в церковь, но скорее от безысходности и от непонимания, куда еще можно обратиться. Я однажды молилась и просила у Бога, чтобы мама перестала пить. Но Бог избавил мою маму в свое время, а не тогда, когда я об этом просила. И для меня в программе был подарок третьего шага… В третьем шаге много вопросов как раз связанных с Богом. По моим воспоминаниям, там много раз дублируются эти вопросы о том, как Бог любит меня, как он заботится обо мне. И я писала, писала, писала эти вопросы, и в какой-то момент — это количество написанного перешло в качество, и я очень хорошо помню этот инстайт – момент духовного пробуждения. Одно из духовных пробуждений у меня в программе. Я очень хорошо помню этот момент: я сидела в автобусе, смотрела в окно, что-то в моей голове происходило, я размышляла о чем-то, и вдруг (реально вдруг!) я осознала, что Бог любит меня безусловно. Он любит меня. И меня захлестнуло это осознание, у меня даже дыхание перехватило в этот момент, что это действительно так! С тех пор я начала укрепляться в этом убеждении, что Бог действительно любит меня и желает мне только самого лучшего, и готов дать мне только самое лучшее для меня в тот момент, когда он мне это дает.

Читайте также:  Вы не можете сделать вашу маму счастливой. Это не ваша обязанность.

Для меня важно понимать в третьем шаге, что моя воля и жизнь – это мои желания и действия. Я отдаю Богу свои желания и свои действия.  Я молюсь с утра и прошу – это, собственно, то, о чем говорит 11-й шаг «Молились о знании его воли и о силе для ее исполнения» – вот как раз я прошу Бога показать мне, что я должна делать сегодня, и дать сил на это. Через это я отдаю свои действия Богу и перепоручаю их ему.

Приведу пример того, как в совокупности работают для меня три фундаментальных, базовых шага, на которых строится уже все остальное выздоровление и вся остальная работа по шагам. Сегодня утром была ситуация. Я замужем, мы живем с мужем в однокомнатной квартире. У нас одна большая комната, и единственное отдельное помещение, в котором можно уединиться – это ванная. Я вчера просила мужа сегодня пораньше уйти на работу, чтобы я могла поспикерить, поделиться опытом. Он не смог уйти пораньше, я проснулась и начала злиться на него за то, что он не может уйти пораньше, что мне придется сидеть в ванной, и хуже всего даже не это. Хуже всего то, что в комнате довольно хорошо слышно то, что происходит в ванной, и он услышит то, что я буду говорить…  какой-то такой пошел гон, я начала на него злиться. И вот здесь первый шаг: я себя отделяю от этих мыслей. Я увидела эти мысли, я их отследила, я поняла, что что-то тут не то, я злюсь, у меня какое-то негодование просыпается на него. Я поняла, что это какая-то нездоровая ерунда. Я села, я прописала кое-что. Мой второй шаг был – обращение за помощью. Я обратилась за помощью к моему анонимному брату, моему другу, и я стала записывать ему голосовое сообщение и делиться тем, что происходит со мной сейчас. И в процессе того, как я делилась, ко мне пришло понимание. И я сейчас поделюсь этим с вами. Это буквально час назад произошло со мной. Почему я злилась? Я злилась, потому что мне было страшно. Чего я боялась? Я боялась оценки. Я боялась, что муж будет оценивать то, что я буду говорить, и что ему что-то не понравится. Потом я стала раскручивать эту историю и спросила себя: «А где это было в детстве?». И я очень хорошо вспомнила, что подобные чувства я испытывала в детстве, когда я боялась говорить в присутствии своих родителей. Я боялась говорить с ними, и я боялась говорить при них, например, со своими друзьями, с другими людьми. Я боялась это делать, потому что с другими, с посторонними, мне как человеку, который постоянно искал одобрения, было важно понравиться другим людям. А в связи с тем, что мне было важно понравиться, я была очень милой, дружелюбной, доброжелательной, ласковой, я улыбалась, смеялась. И если родители или бабушки слышали это, то меня потом упрекали в этом. Мне говорили: «Посмотри, ты с ними общаешься лучше, чем с нами». И я чувствовала это подсаженное чувство вины. Хотя я испытывала это чувство вины за ту правду, которая происходила тогда. Я действительно не общалась в том формате со своими родителями, со своими близкими. И в ситуации сегодняшнего утра меня пугала абсолютно та же тема, потому что я боялась, что мой муж услышит, что я здесь и сейчас с вами делюсь более открыто и более приветливо, чем с ним, и что он упрекнет меня в этом. А ведь это правда. Я могу сказать, что на сегодняшний день мои взаимоотношения хороши на столько, на сколько они могут быть на сегодня. Но при этом они, конечно же, далеки от совершенства). Но я стремлюсь к тому, чтобы как-то менять это. И третий шаг в этой ситуации был в том, что я молилась и просила Бога, я говорила Богу: «Господи, помоги мне, пожалуйста, дай мне силы просто быть проводником твоей любви и твоей силы – и будь как будет. Пусть будет так, как ты этого хочешь, так, как тобой это задумано, а не мной». Потому что не должно все соответствовать моему плану, и вообще ничего не должно соответствовать моему плану. И вот об этом как раз тоже третий шаг для меня. Мне очень важно увидеть, что моя болезнь всегда стремится встать на место Бога. Занять это место, строить эти сценарии, считать, что только я знаю, как правильно, как хорошо для меня, для других. Мне нужно отдать Богу его место, не занимать его место, отойти в сторону и просто быть исполнителем его воли для меня на сегодня. Вот такие, пожалуй, мои мысли на сегодняшний день, на сейчас. Я думаю, на этом я закончу.

Читайте также:  Как понять любовь это или любовная зависимость. 4 признак

Текст набран с аудио файла.
Стиль и разговорная лексика спикера сохранены.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *