Спикерская Екатерины. 7 лет в сообществе Ал-Анон (1 часть).

Меня зовут Екатерина, я родственница алкоголика, член всемирного содружества Ал-Анон, город Барнаул. В ноябре 2018 года, дай Бог, будет 7 лет, как я в содружестве. Пришла я, как, наверное, многие, за волшебной таблеткой для близкого человека. На тот момент в принципе я испробовала всё, что было мне известно, ничего мне не помогало. До того, как прийти в Ал-Анон, я была в таком ужасном состоянии. Когда я была в клинике неврозов нашла там визитку для родственников алкоголиков. Вообще я никогда не хотела брать никаких прокламаций, рекламок.  Но, почему-то Высшая сила распорядилась так, что я спустилась в подвальное помещение клиники в туалет, и когда мне надо было подниматься наверх я в коридоре на столике взяла эту визитку. Это было летом, пришла я на группу 1 ноября. Тут так замечательно было написано «Если вы отчаялись от пьянства близкого человека – вы можете найти помощь в группах Ал-Анон для друзей и родственников алкоголиков – не религия, анонимно и бесплатно».

До этого времени я из последних сил пыталась реализовать свои возможности. И когда я поняла, что уже вообще ничего сделать не могу, то подумала – хотя бы просто посмотрю, что такое Ал-Анон и что там происходит. Я пришла в содружество, сначала мне всё показалось странным, непонятным, ужасным – перекличка эта, странные обнимания. У нас там был мужчина. Он тоже протянул мне руки, а я на него так посмотрела, что он потом пошел курить. Я вообще не понимала зачем меня трогают. «Не надо меня трогать. Говорите, что знаете, но вы меня не понимаете» — думала я про себя. Сейчас я понимаю, что это была последняя инстанция, куда я могла бы обратиться. И если бы я тогда попала в реальную секту, и мне сказали какие-то теплые слова, возможно, я бы тогда и в секту пошла бы.

Я ходила на группу и вообще ничего не понимала. Было очень много терминов и новых слов, странных слов. Я и молитву никак не могла запомнить, хотя у меня с памятью нормально. Это я позже поняла, что я не принимала все это. Ведь как это признать свое бессилие, особенно относительно близких людей. Я думала на тот момент, что это мой крест, моя миссия на этой земле, что я вообще обязана спасти. Еще вот эти страхи – если что-то произойдет, как я буду вообще жить потом. Мне казалось — вот не спасла, соломинку не подстелила.

Читайте также:  Спикерская Натальи. 2 часть.

Но я ходила на группу. Мы стали изучать принципы. Шаги легли мне на душу, понятными, миролюбивыми показались. Традиции – это хорошо и слово красивое, передавать же их можно в своей собственной семье. Принципы я вообще не понимала. Я даже напугалась, но девочки подсказали, что мы же только начинаем. Раньше просто читали, теперь начинаем изучать, так что мы все на равных. Вот пойдем, как в первом классе изучать. Осенью еще набиралась малая группа по шагам. В занятия этой группы на тот момент входил набор новичков для изучения желтой книги по служению, других книг Ал-Анон, одобренные конференцией, и книги анонимных алкоголиков. Я «от и до» ходила, ни разу не пропустила группы. Они собирались по пятницам. Я более года ходила. Были домашние задания, я их делала, как могла, как понимала, и то польза была тоже. Я через 4 года поняла, что на подкорочке записалось то, что я слышала от девочек. Нас начинало 15 человек, закончили 3. Делились опытом. Я вот не сразу всё воспринимала, но потом мне это все пригодилось. Не могла понять – как это я, взрослый человек, буду ходить, что-то слушать. Я всю жизнь читаю. Я не могла понять, как это может поменять мое мировоззрение, мои мысли.

У меня на тот момент были серьезные установки на то, как я вообще живу – я всё делаю правильно, я всё делаю из лучших побуждений, я вообще ничего плохого не делаю. Я сейчас шучу, что на мне прям пробу негде было поставить – настолько была хороша, всё во мне правильно и зачем мне вообще меняться. Стало приходить осознание того, что всё, что я делала с неистовым усердием – оно вообще ничего не помогало, оно никогда не срабатывало. И все эти годы я жила в иллюзии, что вот в этот раз я сделаю что-то такое, я достучусь до совести, я обязательно дожму, оповещая всё так, что в этот раз обязательно. И тем более если я вдруг попадала в нужный момент, когда щенячьи глаза и согласен на всё, что угодно – всё для тебя сделаю, пить не буду.  И вот я верила, в миллион пятнадцатый раз верила. Еще эти установки – что действительно совесть у него есть и в этот раз я все правильно делаю. И всё опять обрушивалось.

Читайте также:  Мой Первый шаг. Спикерская Лейлы группа «Сенім» г. Нур-Султан

Алкоголизм – это семейная болезнь. Но до этого у меня было понимание, что это распущенность, что это недостатки в роду, друзья и всё что угодно. Я не могла понять, что это болезнь. Я стала ходить на открытые мероприятия, группы для анонимных алкоголиков, спикерские анонимных алкоголиков. Там я стала слышать именно алкоголиков, которые уже выздоравливают и которые именно изнутри рассказывают, как они были больны, какая это болезнь. Меня по наитию понесло, что я уже цеплялась за все, что угодно. Я стала ходить на эти мероприятия, я стала слушать. Я скупила всю литературу Ал-Анон и всю литературу анонимных алкоголиков. Я пыталась там что-то для себя найти, и я поняла, что это болезнь. Я ее применила к своему мужу. Я поверила, что он болен, потому — что, когда он трезвый – он человек замечательный и чудесный. Но когда он пьяный – мне это не нравится. Я хочу, чтобы он не пил и меня не расстраивал.

К маме я это применить вообще не могла. Там были такие глубокие обиды с детства, которые меня настолько травмировали и настолько они во мне болезненно отзывались все время. И я вот к маме не могла этого применить. Долго очень, мучительно у меня это принятие к маме шло.

Опять же я осознала то, к чему я долго шла. То, что ты не должен пить, потому что я не должна расстраиваться. И вот — я, я, я, я. Меня не надо расстраивать, трубку надо брать вовремя, пить вообще не надо – мне это не нравится, мне не нравится перегар, мне не нравится некрасивое состояние. И когда я стала понимать, что это все-таки болезнь человека, и он может быть бы и рад, но увы, человек болен. Вот это мне помогло очень.

Читайте также:  Спикерская Екатерины. 7 лет в сообществе Ал-Анон (3 часть).

На тот момент моя свекровь сильно болела. И то мое понимание жизни… Я поставила такую серьезную стену между ей и мной. Ее родственники пили, она ничего не делала для детей, мне это было непонятно. И вот она заболела. Муж приходит и говорит – мама серьезно заболела, никто за ней не ходит, ну что пойдем? И мы пошли. Я ходила за ней полтора года. К чему я это говорю – то, что я взрастила в себе с этой болезнью мое восприятие жизни. Вот она уже в тяжелом состоянии. Я звоню ему, говорю, приезжай. Приезжает. Я говорю, садись и клянись, что пить больше не будешь. Он садился и клялся, даже плакал. Потом она умерла, он то же самое делал. Потом мы ее похоронили, он пил на ее могиле. Потом, когда я уже в будущем стала относить это к его болезни, я действительно поверила, что это болезнь, он болен. Потому что он верил, когда он это говорил, а потом уходил и напивался, ничего с этим поделать не мог. Потому  что этот его перемен тяги —  это проявление его болезни.

Сохранен стиль разговорной речи спикера.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *